Среда, 12.12.2018, 22:12
Газета Рыльского района Курской области «Районные будни»

Здравствуйте, Гость | Вход | Регистрация

Главная » Статьи » Подвиг

70 лет Великой Победы: Груз памяти детей войны

№21 / 11.03.2015 г.

Прошло почти 74 года, а память до мельчайших подробностей сохраняет события далекого рокового для страны дня – 22 июня 1941 года.

Место событий – 40 километров от Рыльска (деревня Жеденовка). По случаю выходного дня нас, деревенских мальчишек и девчонок-подростков, родители освободили от повседневных наших забот и мы утром ватагой «поскакали» на ближайший лужок. По нему протекал узенький ручеек, берущий начало от родника. Напившись прозрачной студеной воды, напрыгавшись и отведав щавеля и баранчиков, мы направились назад.

В центре главной улицы вокруг телефонного столба собрались жители деревни. Подняв вверх, к репродуктору, головы, они слушали важное сообщение о начале войны. Как по команде, мы остановились в недоумении. Толпа зашевелилась, запричитали женщины, заплакали дети, а мужчины молча отправились к своим подворьям. Вскоре из хат стали выходить мужчины с узелками и на ходу садиться на подводы, направляющиеся в сторону райцентра. Вслед за ними с причитаниями и плачем бежали женщины и ребятня...

Мой отец был призван в армию немного раньше. К тому времени мы успели получить от него письмо из литовского города Шяуляй. Погиб он 8 мая 1942 года...

Еще вчера шумная деревня стала безмолвной. Через несколько дней почтальон стал приносить треугольники писем с фронтовыми сообщениями от мужей, отцов и братьев. А, спустя немного времени, улочки огласил истошный плач, некоторым вручили похоронки. Погибших оплакивали всей деревней. Ежедневные ожидания почтальона леденили кровь, сердце замирало при его появлении.

Мы, подростки, стали основными помощниками матерям. Лошадей забрали «служить», так что на своих коровенках пахали, а еще пасли скот, косили. За много километров ходили на базар обменять что-либо съестное на соль, которой не хватало. Так и жили, перечитывая письма с фронта и разгадывая увиденные сны.

Потом ураганом пронесся слух, что фашисты совсем близко. Стала слышна канонада, люди кинулись бежать. Нас у мамы было трое. Самой маленькой сестричке не исполнилось еще и трех лет. Единственное, что мы увели с собой из хозяйства, это коровенку.

Пять километров до ближайшей деревни мы прошли быстро, остановились переночевать на глиняном полу в одной из хат. Но наша «эвакуация» оказалась неудачной, утром мы уже увидели первых гитлеровцев. Пришлось возвращаться домой к пустым глазницам окон и остаткам перепуганных кур в углах сарая. Мы тоже озирались по сторонам и вглядывались в напряженные лица матерей. Перед приходом фашистов все мужское население деревни ушло в лес, остались только дряхлые старики, которых немцы сразу же вывезли в поле и расстреляли...

Потом в деревне появился карательный отряд. Особый страх люди испытывали перед мадьярами. Как только отряд был расквартирован, в первую же ночь был повешен старик, прятавшийся в погребе и не попавший под расстрел вместе со всеми. Потом повесили старушку, сын которой прятался в лесах. Затем под этим же деревом живьем сожгли молодого мужчину, вернувшегося из леса домой за одеждой и продуктами... Перед сожжением его на глазах у всех избивали прикладами и, привязав к повозке, водили по деревне. Нас заставляли смотреть на это зверство. В это же время в одной из хат заживо сожгли три семьи... Проезжавшие по деревне фашисты, останавливались возле дерева с повешенными людьми, чтобы сфотографироваться. Хоронить трупы не разрешали. Наша хата располагалась чуть-чуть наискосок через дорогу от этого дерева, и мы вынуждены были ходить мимо к колодцу за водой.

Мне, Ольге Кошелевой, было одиннадцать лет. Как старшая, я наблюдала за улицей и сообщала матери, если фашисты направлялись в наш дом. Чтобы немцы не остались у нас жить, мама приловчилась селить кого-нибудь из скотины в сенях хаты. Открыв двери, со словами «русь-свинья» гитлеровцы уходили. Однажды под вечер, когда очередную жертву пинками в спину вели под дерево, я услышала голос знакомой старухи, которая плача спрашивала: «Пан, а за что меня?» Я потеряла сознание. Голос – мольба той невинной женщины слышится мне доныне.

Хочется завершить свой печальный рассказ о тех днях такими строками:

«Как много горя принесла война,

Страдали взрослые и старики, и дети.

А сколько жизней унесла она!

Поклон вам, не узнавшим о Победе!»

О. Фоменко (Кошелева),

жительница Рыльска

Категория: Подвиг | Добавил: admin (11.03.2015)
Просмотров: 1040 | Рейтинг: 5.0/1

Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: