Красны девицы Татьяны Приваловой

17 июля

439

0

Лето – время отпусков. И хотя коварный коронавирус надолго внес в наше бытие нежелательные коррективы, прежняя жизнь начинает постепенно налаживаться. Вот и к рылянке Татьяне Приваловой приехали погостить дочери из Санкт-Петербурга. Это, как объясняет сама Татьяна Петровна, – старшие. А еще у нее шесть младших дочерей. Вся большая семья, наконец, в сборе.

Приемная семья Татьяны Приваловой в 2013 году. Фото Станислава Герасименко

В большом просторном доме весело, смех не смолкает. Девчонки рассматривают подарки старших сестер, и на лицах их сияет улыбка – такая светлая и радостная, какая может быть только в счастливой юности. Смотришь на них и с трудом веришь, что эти красны девицы выросли из маленьких, чумазых девчушек, в лексиконе которых было немного слов, да и то в основном – бранные.

Беседуем с 18-летней Ариной, красавицей с глазами коричневого бархата, а в памяти моей – горький рассказ шестилетней девочки о том, как жестоко избивал ее родной отец, которого дети редко видели трезвым. Маленькая сестричка Ариши, оставленная без присмотра, погибла. И у каждой из этих девочек, которых из разных детских домов взяла в свой дом Татьяна Привалова, есть печальная история, лежащая на дне сундучков памяти.

За годы журналистской работы встречи с разными родителями не раз убеждали, что далеко не каждый, пожелавший взять на воспитание детдомовских детей, в состоянии не то чтобы сделать из них личность, а хотя бы избавить ребятишек от тех пороков, которые они получили в «наследство» от судьбы уже при рождении. Случалось, детей возвращали в интернат, как вещь, которая не подошла. Никто из этих родителей не пожелал рассказать о проблемах, возникших в процессе воспитания. Почему? Возможно, не хотелось признаваться (даже самим себе) в том, что не справились с поставленной задачей.

Татьяна была предельно искренней и когда семь лет назад мы впервые встретились с ее девочками, и сегодня, когда они уже выросли в красивых девушек – все как на подбор. Одни в семье уже двенадцать лет, другие чуть меньше.

– Девчонки, как вы сами думаете: трудно маме с вами поначалу было?

– Очень! – отвечают они хором и добавляют: – Да и сейчас не легче.

– Раньше у нас были только детские шалости, а теперь и взрослые появляются, – уточняет Татьяна.

В ответ раздается дружный, веселый смех – как залог того, что дочери солидарны с мамой.

Растить родных детей – труд нелегкий. С чужими – еще сложнее. Уже в силу того, что приемные родители находятся под постоянным контролем опеки и других «соответствующих органов» и многократно переосмысляют любое решение, прежде чем его принять. Да плюс еще вездесущие «доброжелатели», которые, щелкая семечки на скамейке, считают нужным непременно высказать вслух свои досужие мысли: «Чего ж не брать детей за деньги-то?! Пускай бы без денег попробовали».

В разговоре с Татьяной Петровной я пытаюсь по возможности деликатнее затронуть и этот вопрос. Она отвечает на него, как, впрочем, и на все другие вопросы, с удивительной откровенностью:

– Детей из интернатов отдают в семьи, чтобы они росли в нормальных условиях, а любой труд должен оплачиваться.

– Как у Вас вообще возникла мысль о создании приемной семьи?

– У меня умер муж, когда мне было 36 лет. Двух дочерей я растила одна. Работала в школе учителем биологии. Пока девчонки жили дома, в материальном плане было более-менее терпимо. Со мной жила моя мама, мы держали корову. Мои девочки, Ольга и Александра, в школе учились успешно и профессией своей избрали музыку. Сначала окончили Курский музыкальный колледж, а потом поступили в Санкт-Петербургский университет имени Герцена на музыкальное отделение, теперь уже сами работают в этом вузе преподавателями.

Повзрослевшие дочери вместе с мамой летом 2020 года

Время их студенчества выпало на начало двухтысячных годов. Я на тот момент работала заведующей детским садом. Думаю, нет необходимости объяснять, что зарплата моя оставляла желать лучшего. Уехать куда-то на заработки я тоже не могла: нельзя было оставить одну пожилую и не совсем здоровую маму. И тут в отделе опеки и попечительства мне предложили взять детей и создать приемную семью. Я согласилась, рассудив так: помогу и своим детям, и чужим, за что мне, может быть, зачтется Всевышним. Ведь как говорят: не построй семь церквей, а пристрой семь детей.

Несколько лет назад Татьяна Петровна ушла с основной работы и занимается только детьми. По ее словам, приемная семья живет безбедно, но не шикует.

– Выделяемых государством денег на содержание каждого ребенка, в принципе, может хватить, если тратить их разумно, – подчеркивает она. – К тому же у нас по-прежнему есть огород и подвал с заготовками на зиму. Покупку каждой новой вещи обсуждаем на семейном совете. В центре внимания – объективность. Если, скажем, решено купить новое платье Вике, сестры не обижаются, понимая, что это первоочередная задача.

Впрочем, модная нарядная одежда есть у всех девушек. Они повзрослели. Из неприметных прежде утят выросли красивые лебеди. У всех – маникюр, красивые прически.

– Кто вас научил так укладывать волосы?

– Наша старшая сестра Оля, – дружно отвечают девочки. – Они с Сашей вообще многому нас научили. Мы ведь, живя со своими родителями, не получали никакого развития. Для нас, например, было большой проблемой запомнить несколько строчек стихотворения. Старшие сестры, приезжавшие домой на каникулы, усаживали нас вокруг фортепиано и разучивали с нами детские песни.

– Так наша Снежана сначала запела, а потом заговорила, – добавляет рассказ дочерей мама. – Признаюсь, первый год, когда я сначала взяла четырех девочек, был самым трудным. Иной раз мне казалось, что я не справлюсь. Выручали мой многолетний педагогический опыт (с разными детьми приходилось работать) и помощь мамы, которая тогда еще была жива. К сожалению, в детских домах, на мой взгляд, детей не готовят к взрослой жизни. Они не умеют убирать за собой, не дорожат вещами, книгами, не имеют элементарного понятия о важнейших человеческих ценностях.

Когда моя шестилетняя Арина выходила погулять, я знала, что по возвращении ее вещи нужно будет выбрасывать: не представляю, где она находила гвозди, но все было изодрано. К тому же своим велосипедом она каким-то образом умудрялась поцарапать машину соседа, который требовал, чтобы я ему заплатила. Всех ребятишек я взяла с букетом болезней. У Вики была нарушена координация движений, она плохо ходила. А сейчас посмотрите на нее…

Да, эту красивую жизнерадостную девочку другой уже просто трудно представить. Впрочем, как и всех остальных девчонок. Они подтянулись в учебе, получили много грамот за активное участие в общественной жизни школы и колледжа. Виктория – будущая медсестра, окончила первый курс Рыльского медицинского колледжа. Мечтает о высшем образовании, хочет стать психологом. Человек она открытый, искренний, коммуникабельный и хочется верить, что действительно станет хорошим специалистом. Кстати, о ней уже рассказывала наша газета: Виктория отличилась в конкурсе WorldSkills.

Арина как совершеннолетняя недавно участвовала в общероссийском голосовании по поправкам к Конституции. Говорит, что надела свое самое красивое платье и пришла на избирательный участок вместе с мамой.

– На какой именно поправке ты особенно сосредоточила свое внимание?

– Двенадцать лет назад мама забрала меня и моих сестер из ада. Помню, как она привезла меня в свой дом, накормила разными вкусностями (прежде я никогда не ела вдоволь даже хлеба), уложила на чудесную кровать с ароматами лета, а я все равно не могла уснуть. Если дверь в комнату открывалась, я тут же вскакивала и начинала кричать, потому что в моей голове мелькала мысль: сейчас начнут бить.

Теперь в моей жизни много радостных, удивительных моментов. Вместе с мамой и сестрами мы были на море, в театре, в цирке, на различных концертах. Я узнала, что реальность, оказывается, может быть совсем иной – не горькой, а прекрасной. Мечта моя сбылась: учусь в Рыльском медколледже, получу диплом медицинской сестры, буду работать и помогать людям избавляться от недугов. А что касается голосования, я с воодушевлением и в то же время со слезами на глазах читала поправку о том, что «дети являются важнейшим приоритетом государственной политики России… Государство берет на себя обязанности родителей в отношении детей, оставшихся без попечения». Это как будто про нас с сестрами сказано… Но нам вот счастье выпало. Пусть оно не обойдет стороной и других несчастных ребятишек.

Арина, Вика и Снежана – сестры по матери, отцы у них разные. И девочки тоже – разные совершенно. У Вики – душа нараспашку, солнечная улыбка. Арина – более замкнутая, откроет свое сердце далеко не каждому. Снежане больше присуща застенчивость.

Самая старшая из приемных дочерей Татьяны Приваловой – Марина. Она уже окончила медицинский колледж.

– Устроилась в онкоцентр в Курске, рассказывает Татьяна Петровна. – Мариночка довольна и работой, и зарплатой. Мой дом стал для нее родным, часто приезжает, с радостью встречается и со старшими, и с младшими сестрами.

Снежане 15 лет. Во время нашей встречи она поделилась своими планами:

– Буду поступать в Рыльский аграрный техникум… на пекаря.

Такую же профессию решила получить и 16-летняя Даша.

– В нашей семье есть работники культуры, медики. Теперь мы решили, что стране нужны и пекари, – с улыбкой замечает мама.

В школе № 5, которую окончили все сестры, остается учиться одна Лера – перешла в 9-й класс. С будущей профессией она пока не совсем определилась. Говорит, что вообще-то очень любит животных и хотела бы стать ветеринаром. И тут в разговор вновь вступает мама:

– Но для этого надо ехать учиться в Калиновский техникум в Хомутовском районе. Отпускать из дома девочку одну в 15 лет я не решусь. Поэтому мы пока пришли к такому обоюдному соглашению: окончит Лерочка, как и сестры, рыльский техникум, а потом можно подумать о высшем образовании уже по профилю.

Во время беседы за чаем с вкусным пирогом, который вместе с мамой приготовили будущие хлебопеки, девчонки уже совсем разоткровенничались о планах своего счастливого будущего: все они мечтают о жизни в больших городах, дома никто оставаться не хочет. Я перевожу взгляд на Татьяну и понимаю, что она с их мнением согласна.

– У детей своя жизнь, – объясняет Татьяна Петровна свое одобрение. – Они тоже устают от постоянного родительского контроля и доминирующего мнения. Тем более, что в подростковом возрасте, в силу недостаточного жизненного опыта, они еще не совсем осознают, что мать, контролируя, тем самым пытается уберечь их от ошибок, душевной боли.

Как педагог я отлично понимала, что именно такие дети обязательно должны посещать детский сад, учиться жить в обществе. Словом, среди множества стоявших передо мной задач я изначально выделила главные: помочь девочкам социализироваться, избавиться от множества болячек, приучить к труду, воспитать любовь по отношению к тем, кто очень любит их самих.

– Удалось?

– Думаю, да. Могу судить об этом по отношению ко мне уже взрослой Марины. Она отлично знает, что в любой момент может ко мне приехать, поделиться сокровенным, что называется, поплакаться в жилетку, попросить о помощи и получить ее. Но в то же время она живет самостоятельно. Вот уже и молодой человек у нее есть, так что начинаем готовиться к свадьбе. Вообще, в нашем «девичнике» постепенно начинают появляться мужчины: моя дочь Александра вышла замуж.

– Как вы вместе с дочерьми проводите лето?

– Да засиделись мы дома с самой весны в связи с коронавирусом. Выезжаем только на речку. А вообще мы любим путешествовать, посещать картинные галереи, выставки, зоопарк, цирк – нам все интересно. Это хлопотно, поэтому не все родители стремятся выезжать, а нас не остановишь, – мама и дочери весело смеются.

– Тем более, у вас машина есть…

– Да, из областного благотворительного марафона «Мир детства» нам выделили «Ладу Ларгус».

Когда 5 лет назад получили автомобиль, Татьяна понимала, что, поскольку в семье одни красны девицы, водить его должна научиться именно она. И научилась! Вообще эта оптимистичная женщина все, за что ни берется, осваивает прочно – наверное, потому, что жизнь убедила ее: рассчитывать она может в основном только на собственные силы.

Анна Белунова

 

Читайте также